Почему французы не пьянеют или мой опыт во Франции

Говорят, что французы не пьянеют. Я решил на личном опыте проверить данный феномен и попытаться «напоить» своего знакомого во Франции. Расскажу, что из этого вышло, и вообще о своих наблюдениях.

Прежде всего, утверждение, что французы не пьянеют, конечно, ошибочно. Это миф, ведь французы – тоже люди. На вечеринках запросто можно встретить вдрызг пьяных молодых людей, которые буянят, дерутся и вообще крайне неприлично себя ведут.  Алкоголизм во Франции, как болезнь существует, и от него лечатся.

Но мне интересно было напоить людей, которым в принципе это не свойственно. И вот это, в самом деле, оказалось сложной задачей. Я, конечно, преподнес им русскую водку, в надежде на то, что они попробуют «диковинку». Они вежливо приняли презент, но пить наотрез отказались. «Как-нибудь в другой раз!» – сияя позитивной улыбкой, сказал мой друг Жак и убрал бутылку от греха подальше. Впрочем, он предложил налить мне, «если я хочу», но тут уж я «поблагодарил» – я ведь не сам собирался напиваться.

Крепкие напитки

К слову сказать, французы водку, действительно, не пьют. Ее без труда можно найти в винных магазинах, но любовью она не пользуется. Среднестатистический француз пробовал водку и «больше не захотел». Она популярна опять же среди разгульной молодежи, которая пьет ее не в чистом виде, а делает из нее коктейли, безапелляционно вливая туда сок.

А вот что меня удивило, так это то, что во французском доме не нашлось коньяка. Ведь это их национальный напиток, и именно здесь коньяки делают просто отличного качества. Я поговорил об этом с хозяином, и опять вызвал позитивную улыбку и легкое непонимание. Жак сказал, что не знает ни одну семью, где пили бы коньяк. «Это непопулярный напиток,  – объяснил он. – У нас все пьют вино». «А из крепких?»  – настаивал я. «Разве что виски», – ответил Жак.  – И то, далеко не все, мы вот не пьем».

Про то, что вино французы пьют в больших количествах рассказывать не надо, наверное, и так все знают. Тут я убедился: это чистая правда! Хотя Жак поведал мне, что в последнее время во Франции появилась мода быть абсолютным трезвенником. Таких людей все поддерживают, они же ведут здоровый образ жизни. Но лично он, Жак, и его семья пока до этого «не доросли».

Вино или вода?

На столе постоянно находилось вино. Не только во время трапезы – его просто никуда не убирали. Был специальный кувшин, куда его переливали. Еще множество бутылок стояло на кухне в специальном шкафу – целая коллекция, из которой преспокойно вынималась бутылка на обед и на ужин и тут же выпивалась. Если Жак просто хотел пить, то он наливал себе вина из кувшина. А сам этот кувшин наполнялся из огромной пятилитровой специальной банки, в которой находилось вино, купленное в розлив! Тут отношение к вину как к воде. Поэтому напоить друзей допьяна было проблематично.

Французы начинают пить вино еще в утробе матери. Беременные, как правило, вообще не перестают пить или, в крайнем случае, разбавляют вино водой. Кстати, вот это самое вино, разбавленное водой, встречается тут повсеместно. У меня, например, не возникло никакого желания его попробовать. А Жак и его мог хлебнуть, опять же, чтобы утолить жажду. Чаще же всего вино разбавляют тут для детей и больных, которые пьют таблетки. Разбавленное вино уже за вино не считается почему-то. Им могут даже запивать лекарство. Кормящие матери употребляют  вино обычное. Стало быть, и младенцы тоже…

Как, где, когда, сколько

Во Франции не принято пить на улице. Точнее, нет, здесь не принято пить на улице – в нашем понимании. В Париже вполне можно встретить парочку, которая распивает вино на лавочке и, что очень примечательно – из фужеров! А вот сидеть с бутылкой пива тут как-то позорно считается. Поэтому и не сидят. А чаще всего – идут пить в бар или ресторан. Вот это очень популярное времяпрепровождение! Рабочий день закончен: француз идет выпить с друзьями. Может и не закусывать при этом, а просто выпить. А потом спокойно домой поедет, да еще – за рулем!

Пьют тут не ради результата, а ради процесса. Важен разговор, хорошая компания, закуска, если она есть, конечно. Поскольку я жил у Жака в гостях, то там всегда закусывали, и очень основательно. Ну, кроме тех случаев, когда просто «утолить жажду». Но не пьянели при этом абсолютно! Ну, может, чуть расслаблялись, если много «хватили». И все! Несколько бокалов вина «пропустить» за ужином или обедом для них повседневная реальность. Им повод не нужен. Вот у нас как-то не принято пить без повода. Ну хоть какого-то. Ну, например, вечер пятницы – повод. Или, что наши опять в футбол проиграли – повод. Или «обмыть» новую мясорубку. Нужен нам повод и для вина тоже, не только для водки. А им нет. Ни тосты не говорят, ни чокаются. Не принято.

На улице или в транспорте пьяных я ни разу не видел, хотя французы пьют всегда и везде. Пьяные только на вечеринках встречались. Такого, чтобы человек валялся на дороге и спал – вообще французы представить не могут. Хотя бомжи есть. Но это именно бомжи, а не пьяные. Им просто жить негде. В общем, культура пития у них сформировалась за века основательная, неразрушимая.

«А слабо?!..»

Решил я взять Жака «на слабо». Думаю: не крепостью, так хоть количеством. «А спорим,  –  говорю,  – что ты вот этот двухлитровый кувшин красного вина не выпьешь?!» Жак задумался. Выпью, говорит. Но зачем? «На спор! Спорим на 100 евро, что не выпьешь?» «Залпом, что ли?» – спрашивает. «Нет, зачем, залпом? Во время ужина. За час.»

«Ну, это не проблема!» – рассмеялся Жак. Он веселый малый. Стал шутить, хохотать. Спрашивал, конечно, зачем мне это спор. Я говорю: «А вот не верю, что ты сможешь!» На самом деле, я бы и сам выпил два литра. Но мне нужно было увидеть, как он  опьянеет. Просто из принципа, чтобы опровергнуть теорию о «не пьянеющих» французах. В этом я ему не сознался, конечно. А то, видите ли, они «по бокалу», да «под закуску», нет, друг, ты давай, вдарь, как следует!

Да, на это стоило посмотреть. Половину кувшина Жак выпил в один присест. И куда только девалось элегантное «смакование маленькими глоточками» из изящного бокала? То есть, пил-то он из бокала, но залпом буквально. В общем, литр как-то незаметно исчез. Потом Жак стал много есть.  Я с нетерпение ждал, когда же у него начнет заплетаться язык. Аж сам не пил, чтобы не упустить момента. Но язык что-то у него не заплетался. Он заметно повеселел. И все.

Ладно, подожду, пока кувшин опустеет, решил я. Подумаешь – литр вина, вот два – это уже…

Второй литр пошел медленнее. Жак ел и пил, ничуть не теряя своего достоинства. Говорил ровно, смеялся. Вилок – ложек не ронял. Словно он понял, в чем моя цель. В общем, держался. Каков же был итог, когда он опорожнил этот самый кувшин? Не то чтобы он был совсем не пьяный. Он захмелел, конечно. Но как-то до противности прилично. Жак не пытался скрыть того, что он захмелел. Ходил в общем довольно ровно, на стол не падал. Расслабился, так скажем. Но ничего интересного не было: ни пьяной болтовни, ни громогласного хохота, ни слез, ни шатания. Почти, как будто не пил. Встал спокойно и пошел смотреть новости. Я был страшно разочарован. Дал ему сто евро, но он, смеясь, стал отказываться. Я настаивал, он «поломался» для приличия и взял. Вот и весь эксперимент.

Наверно, если бы я такое количество выпил, то тут же уснул бы. Впрочем, не знаю, надо попробовать. Может, два литра вина, это совсем немного?..